— Как это у вас получается? — спросила гостья.

Джимми потер ноющую шею. «Не заметит ли она на ней синяков, оставленных деревянными пальцами?» — подумал он.

Прокашлялся.

Его прервал пронзительный визгливый голосок из коридора:

— Ну же, Джорджия, дай мне тоже посмотреть!

Другая девочка, ростом поменьше, с ярко-рыжими курчавыми вихрами, торчавшими из-под, сиреневой панамки с мягкими полями, и с усыпанной веснушками круглой физиономией, втолкнула первую в гримерку.

— Хватит мне все загораживать, жиртрестина, — пропищала она.

— А ты не толкайся, — вспыхнула первая.

Рыжая девчонка снова толкнула ее:

— Давай, двигайся!

Та, что повыше, закусила нижнюю губу.

— Прошу прощения, мистер О'Джеймс. Моя сестра ужасно невоспитанная.

— А сама-то ты какая? — вопросила ее сестра. Она покрепче нахлобучила панамку на голову, так что поля почти закрыли ей глаза. — Ты тоже невоспитанная. Да еще и уродина!

Слэппи, распростертый навзничь на полу, издал нетерпеливое рычание.

— Чем могу быть полезен вам обеим? — поинтересовался Джимми, растирая ноющую шею. — Как вы вообще сюда попали?

Темноволосая девчушка залилась краской.

— Я прошу прощения, честное слово. Меня зовут Джорджия Буншофт. Я пропустила представление. Мама перепутала время, и вот…

— Эй, назови ему и мое имя, свинья этакая! — со злобой вмешалась ее сестра. — Считаешь, что ты такая уж важная?! Вздумала, что можешь делать вид, что меня тут и нет?!

— Я как раз собиралась, — пробормотала Джорджия. Она закатила глаза. — Это моя сестра Стелла, — сказала она Джимми. После чего снова повернулась к сестре и прошептала сквозь стиснутые зубы: — Теперь ты помолчишь хоть немного?

— Попробуй заставь меня, — злобно парировала Стелла.

— Мы со Стеллой часто ссоримся, — заметила Джорджия, по-прежнему краснея.