Слэппи бессильно привалился к стене.

— Я растворяюсь… Все растворяется… — простонал он.

— Ты заснешь навеки, — повторил ему Джимми. — И с тобой заснет твоя злая душа. Мару… Одони… Маллах…

Слэппи осоловело смотрел на Джимми.

— Перемирие… — с трудом выговорил он. — Эй… перемирие!

Джимми опустил листки и скосил глаза на Слэппи.

— Перемирие?

— Пожалуйста… — слабо простонал Слэппи. — Пожалуйста, не делай этого со мной. Давай заключим перемирие.

Презрительная усмешка искривила губы Джимми.

— Ты пытался открутить мне голову.

— Я не мог удержаться, — еле слышно прошептал Слэппи. — Дай мне еще один шанс, Джимми, пожалуйста. Умоляю тебя. Не усыпляй меня.

Джимми пристально смотрел на него.

— Ты не заслуживаешь второго шанса.

— Я знаю, — вздохнул Слэппи. Его голубые глаза превратились теперь в блекло-голубые щелки. — Я не достоин… Не достоин…

— Ну ладно, ладно, — сказал Джимми, встряхнув головой. — Я дам тебе еще один шанс.

Глаза болванчика широко распахнулись.

— Дашь?

— Да, — ответил Джимми. — Я подарю тебе шанс остаться живым, но тебе это не понравится.

— Только скажи, что мне нужно делать, — попросил Слэппи.

9

На это Джимми ничего ему не ответил. Вместо этого он опять взялся за желтые листки бумаги и долго читал из них что-то про себя.

— Что я должен делать? — проскулил Слэппи. — Скажи же!

Джимми закончил чтение, потом медленно положил стопку страниц на стол.

— Я только что наложил на тебя заклятие, Слэппи, — объявил он.

В другое время, скажи Джимми что-нибудь и таком роде, Слэппи непременно отпустил бы какую-нибудь ехидную шуточку. Но сейчас он лишь беспомощно таращился на чревовещателя.

— За… заклятие?